svart_ulfr: (Бегущий волк)
[personal profile] svart_ulfr
tAlUNGbw5qY


В системе славянской народной культуры грибы занимают особое положение. Многочисленные поверья, приметы, запреты, связанные с грибами, а также разветвленный ритуал собирания грибов у славян — все свидетельствует о том, что в народном сознании эти дары природы предстают не только и не столько разновидностью пищи, сколько неким значимым элементом культурного кода. Неоднозначное отношение к грибам определяется тем, что в народных представлениях они занимают промежуточное положение между растениями и животными. Грибы выступают как некие живые существа, состоящие в родстве с различными демонологическими персонажами (карликами, ведьмами, чертом и т. д.). Грибы связаны с нечистыми и хтоническими животными, обладают способностью к оборотничеству и таинственной силой, влияющей на жизнь людей.

Кроме того, в фольклорной традиции грибы также оказались тесно связанными со сферой сексуальной жизни человека. В народных представлениях славян о грибах ярко проявляется их эротическая символика; грибы — это и нечто запретно-потаенное, связанное с половыми взаимоотношениями, и в то же время наглядно-иллюстративное, необходимый элемент для приобщения к правилам сексуально-эротического поведения.
Данной проблемы уже касался В. Н. Топоров в статье «Семантика мифологических представлений о грибах».[679] Мы хотели бы еще раз обратиться к этой теме и дополнить построения В. Н. Топорова славянским материалом.

В народных представлениях славян эротическая символика грибов связана с противопоставлением их по признаку мужской — женский. Соответственно все грибы делятся на «мужские» и «женские» в зависимости от их внешнего вида, причем основную роль играет здесь противопоставление выпуклого и вогнутого. Трубчатые грибы, с длинной ножкой и шляпкой в виде колпачка (например, класс Boletus) — мужские; их форма явно ассоциируется с мужским половым членом. Пластинчатые грибы, с короткой ножкой, переходящей в шляпку в виде воронки (например, класс Agaricus) — женские. Соотношение по внешнему виду с человеческими гениталиями подтверждается и названиями грибов в славянских языках. Слав. *gọba (ст. — слав. ГѪБА, словен. góba, серб, gűba, пол. gąbka, gębka, чеш. houba, вост.-слав. губа, губа) обозначает и класс «женских» (пластинчатых) грибов и служит одним из наименований для vagina. Обобщенное название гриб, принятое для «мужских» (трубчатых) грибов, а также названия некоторых видов этих грибов могут употребляться и как обозначение penis, membrum virile (например, рус. пупырь, сморчок [1: с. 243]). Славянский материал показывает, что довольно последовательно грибы ассоциируются с мужским, а губы с женским началом. Это подтверждается различными приметами, связанными с грибами. Так, в Польше и на территории украинско-белорусского Полесья считается, что увидеть во сне гриб для девушки означает появление жениха; если гриб видит женщина — это к беременности; если беременная — это предвещает рождение сына: як грыба увидит, то будэ хлопэць,[680] гриби приснылись — то хлопця вродю.[681] Последняя из приведенных примет имеет в Полесье соответствующий «женский» вариант: если во сне бэрэш сыроêжки — дивчинка ўродыца.[682]

Сохранился у славян и сказочный сюжет о войне мужских и женских грибов (АА *297), но в вырожденной, измененной форме. В русской сказке «Грибы» [4, с. 132], в шуточной песне «Боровик созывает грибы на войну» [5, с. 101][683] акцент переносится из области взаимоотношения полов в социальную сферу; вероятно, большую близость к первоначальному варианту сохранили белорусские свадебные песни, построенные на параллелизме — боровик скликает грибы завоевать белянку, жених зовет сватов ехать за невестой:

Сабірайцеся, грыбоўя,
Будзем вайну ваяваць,
Белую бялянку да сябе браць.
<…> Сабірайцеся, сваточкі,
Будзем вайну ваяваць,
Маладую Ганнульку да сабе браць.

[6, с. 21][684]

Среди русских подблюдных песен, исполнявшихся девушками во время святочных гаданий, предстоящее замужество предвещал, например, такой текст:

Скачет груздочек по ельничку,
Ищет груздочек беляночки,
Не груздочек скачет, но боярский сын,
Не беляночки ищет, но дворяночки.

[7, с. 76][685]

Поход в лес за грибами в свадебных песнях часто обыгрывался как поиски своей пары, суженого. На вопрос матери: «Куды ж, доню, сабіраешся <…> Ці ў лес па ягоданькі / Ці ў бор па грыбанькі?» — девушка отвечала, чтобы мать ожидала ее из лесу не с грибами-ягодами, а с женихом: «А дажыдай мене, маманька,/ У суботу вечарынаю,/ Прыбуду з дружынаю./ У суботу вечарочкам / Прыбуду з дружочкам» [6, с. 390].

Эротическая символика грибов ярко проявляется и в белорусской весенней хороводной песне о том, как девушка отправилась в лес за грибами, нашла там «грыба мухамора, краснага грыба», принесла его домой и… положила «на белу краваць». А дальше —

Дзеўка спаці не кладзецца,
Толькі слёзкамі ліецца —
Баіцца грыба <…>
Гриб-мухомор уговаривает девушку:
Ах ты, дзеўка прыукрасна,
Не лій слёзачак напрасна,
Не бойся мяне <…>
Кладзі свячу васкавую,
Я тры разы пацалую,
Мілая мая,
Эй, мілая мая.

[8, с. 304–305][686]

В этом примере достаточно откровенно выявлена фаллическая символика гриба — с ним связывается мотив утраты девственности.

Небезынтересно отметить, что грибы символически присутствуют и в обрядах, связанных с молодоженами. В разных губерниях России был распространен обычай катать на масленицу молодых с ледяных гор, причем неженатая молодежь всячески задерживала сани и требовала, чтобы жена прилюдно целовала мужа двадцать пять раз подряд, а если она этого сразу не сделает, то еще столько же. Это называлось солишь рыжики на пост или грибы ломать [Архангельская губ.; 9, с. 38, 88].[687] Таким образом молодые супруги должны были продемонстрировать окружающим свою взаимную любовь и согласие.
вернуться

Но с грибами, оказывается, связан и мотив супружеской измены. В белорусской весенней песне рассказывается о молодице, которая пошла в лес за грибами, а попала в компанию веселых молодцев:

Я ў цераме разгулялася
І з малойцамі разгукалася.
Вот пятух пяе — я й дамоў не йду,
Другі пяе — я й не думаю…


Вернувшуюся на заре жену встречает муж. На вопрос супруга, где она провела ночь, молодица дерзко отвечает:

— Вот, мой міленькі, пры табе спала.
Ці ж ты, міленькі, адурачыўся,
Ка мне вочкамі не <а>дварачываўся.

[8, с. 429]

С «грибной тематикой» сочетаются также представления о появлении детей, в том числе внебрачных. Отметим, что на Украине и несъедобные грибы, и детей, родившихся вне брака, называют байструки [10, с. 72].[688]

Грибы, подобно иным хтоническим существам (гадам, насекомым), связаны с потусторонним миром; там, в этом мире, пребывает до своего рождения, видимо, и человек. Оттуда он является на свет, в мир людей. Чехи в значении "тебя еще на свете не было" употребляют выражения: tenkráte byl jsi ještě na houbách, ješteš houby pasl (ты тогда был еще на грибах, еще грибы пас) [11, с. 333].[689] Мотив происхождения людей из грибов нашел красочное отражение в болгарских народных легендах о начале света. Согласно этим рассказам, сначала из земли возникли два гриба — мужской и женский (мъжка и женска гъба); у них появились дети (они създали и деца), и впоследствии землю населило целое поколение людей. Именно поэтому после смерти человек возвращается в землю, откуда когда-то пришли в этот мир его «прародители». По другой версии, после всемирного потопа вся земля оказалась покрыта тиной; из этой тины выросли грибы, и засветило свето — свершился акт сотворения мира и людей [12, с. 116–117].[690]

Согласно существующим славянским поверьям, супружеские отношения способствуют успеху в сборе грибов. Помимо того, что каждый, отправляющийся в лес за грибами, должен проделать ряд обязательных действий (не осенять себя крестом; не молиться; умыться, чтобы грибы не «обожгли» руки; первые три гриба «отдать лесу», поцеловать первый найденный гриб и т. п.), больше повезет тому, кто в силу возраста или семейного положения живет половой жизнью. В гомельском Полесье по этому поводу рассказывают: «Пашли мы ўдовы две, да две зaмужни — па грыбы. Дак [те, что] з мужыками — поўны кашоли набралы, а ўдовы нэ набралы».[691] Вспомним в связи с этим игривую украинскую поговорку: «Колі ти мені муж, то будь мені дуж; а як не гриб, то не лізь у козуб» [14, с. 175].[692] Связь с фаллической символикой, возможно, присутствует и в следующем «ритуале», с которого было принято начинать сбор грибов в Северной Чехии. Здесь, идя по грибы, вставали на опушке леса и бросали в землю нож. Если нож втыкался прямо — это был знак того, что найдешь много грибов [15, с. 224].[693] Вероятно, в данном случае можно предполагать общее символическое значение — ножу гриб / фаллос. Да и грибы растут лучше в местах, где совершалось совокупление. Так, словацкое название одного из видов грибов — jelená frčina — объясняется поверьем, что эти грибы вырастают там, где спаривалась крупная дичь [16, с. 349].[694]

Вероятно, грибы в своем лесном мире живут так же, как люди. На Украине считают, что грибы всегда растут парами или семьями (киев., винниц.). В Северной Чехии также бытует поверье о существовании грибных «семейств»: если найдешь в дубовой роще лисичку (liška), ищи где-то рядом и ее брата — белый гриб (hříbek) [15, с. 224].

Неординарные, загадочные создания природы — грибы — в народных легендах и поверьях оказываются причудливо связанными с интимной сферой человеческой жизни. Они выступают как своеобразные двойники людей в мире природы и одновременно «обыгрывают» тему сексуальных взаимоотношений в системе культуры.

678 - Топорков Α. Λ. Малоизвестные источники по славянской этносексологии (конец XIX — начало XX века) // Этнические стереотипы мужского и женского поведения. СПб., 1991. С. 307–318.

679 - Топоров В. Н. Семантика мифологических представлений о грибах // Balkanica. М., 1979. С. 234–297.

680 - Брестская обл.; Полесский архив (далее ПА) Института славяноведения и балканистики РАН.

681- Ровенская обл.; ПА.

682 - Афанасьев А. Н. Народные русские сказки. М., 1957. Т. 1.

683 - Восточнославянская сказка. Сравнительный указатель сюжетов. Л., 1979.

684 - Вяселле. Песні. Минск, 1986. Кн. 5.

685 - Смирнов В. Народные гадания Костромского края (очерк и тексты) // Четвертый этнографический сборник. Кострома, 1927. С. 17–91 (Труды Костромского научного общества по изучению местного края. Т. 41).

686 - Веснавыя песні. Мінск, 1979.

687 - Соколова В. К. Весенне-летние календарные обряды русских, украинцев и белорусов. М., 1979.

688 - Симоненко Л. А. Лексико-семантические особенности названий грибов в украинском языке // Мовознавство. Київ, 1972. № 6. C. 71–79.

689 - Sobotka P. Rostlinstvo a jeho význam v národních písních, pověstech, bájích, obřadech a pověrách slovanských. Praha, 1879.

690 - Фолклорен еротикон. Том 1. Съставител Ф. Бадаланова. София, 1993.

691 - Гомельская обл.; ПА.

692 - Номис М. Українськи приказки, прислівъя и таке инше. СПб., 1864.

693 - Homolka F. Rostou houby… (lidové zvyky a pověry) // Český Lid. Praha, 1909. Roč. 18. S. 224.

694 - Majtánová M. Z vývinu slovenskej mykologickej terminologie // Kultura slova. Bratislava, 1970. № 10. C. 349–350.

(C) "Секс и эротика в русской традиционной культуре". М., 1996. С. 317-322.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

svart_ulfr: (Default)
svart_ulfr

May 2017

M T W T F S S
1234567
8910 11121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Expand Cut Tags

No cut tags

Style Credit